Герои нашего времени

Максим выбрал путь военнослужащего в 2020 году, поступив на службу по контракту в 51-й гвардейский полк. В специальной военной операции принимал участие с первых дней.

– После окончания Калужского кадетского многопрофильного техникума я решил, что не просто пойду служить в армию, а выберу профессию военного. Поэтому поступил на службу по контракту. Поскольку физическая форма позволяла, со школы занимался кикбоксингом, выбрал ВДВ. Как и положено, в годы службы были учения, полевые выезды и боевая подготовка.

В феврале 2022 года, как только поступил приказ, из Тулы нас перекинули на аэродром, там мы ждали распределения. В итоге оказалось, что нас перебрасывают на Киевское направление, в Гостомель. По приезде  приступили к выполнению боевых задач, – коротко, по-военному, рассказывает младший сержант Власов.

В первые дни мало кто говорил о том, что  уже тогда на стороне Украины была масса наемников из западных стран и не только.

– В основном это были поляки, люди с темным цветом кожи тоже встречались. Сразу было понятно, что против нас стоят не столько украинцы, сколько блок НАТО. Наемники там были, есть и будут. Украина для них своеобразный полигон.

Службу в зоне СВО Максим закончил уже после отвода его подразделения на другое направление.

– Многие спрашивают, как воинский состав воспринял вывод с занятых территорий. Все знали, что ведутся переговоры, хотя связи с внешним миром как таковой у нас не было. На месте, под Киевом, были закреплены хорошо, а когда началась переброска, многие решили, что, видимо, все, конец войне. Изнутри тогда все выглядело именно так.

Во время беседы с младшим сержантом создавалось впечатление, что он не молодой парень, рожденный в XXI веке, а серьезный мужчина, прошедший огонь и воду, настоящий защитник. На вопрос, за что вручили  медаль «За отвагу», коротко ответил: «За выполнение боевых задач». И ведь не поспоришь.

– Это сейчас, вспоминая, смотришь назад с легкостью. Над какими-то моментами даже можно посмеяться. А тогда было совсем не смешно. А чаще даже страшно. Войну мы видели в своей жизни только в кино, а учения в любом случае не создают полную картину, потому что понимаешь, что на тренировочном поле твой противник на самом деле сослуживец. Тут же  – на той стороне враг, для которого цель – забрать как можно больше жизней. Но больше всего, конечно, в памяти отложились житейские моменты. Пока продвигались, а это была зима, питались в основном армейскими сухпайками. Так вот, когда удавалось их погреть на костре, на сковородке, как парни говорили «приготовить», это был настоящий пир. Прикрывая спину друг другу и деля быт, мы стали не просто командой, а родными.

Ну и, конечно, в памяти парня навсегда остался момент, когда он получил тяжелое ранение. Как говорили врачи, «родился в рубашке».

– Ночью поступило задание. Я, заместитель командира боевой машины и  наводчик-оператор выдвинулись в обход деревни с одной стороны, пехота пошла с другой. Поехали по полю, попали под артобстрел. Поняв, что вперед не пройдем, развернулись, а поле оказалось заминировано, и три машины подорвались. Некоторые товарищи погибли.

В семье Власовых к выбору профессии сына отнеслись с уважением. Постоянно были на связи. Когда началась СВО, родители и сестра получили от Максима информацию, что он отправился на учения и со связью будет проблема. Потом, конечно, уже догадались, где служит сын и брат. Через две недели отзвонился, успокоил, что жив-здоров, служит Родине. Родители очень волновались, особенно на фоне новостей «из телевизора». А вот встретиться с сыном пришлось уже в госпитале, куда Максим поступил после того, как его БМД подорвалась на мине. Долгие полгода восстановления укрепили Максима в том, что воинская служба – это его дело. Он перевелся на пункт отбора на воинскую службу по контракту. Работает с новобранцами.

–  Мужчины приходят в военкомат осознанно. В пользу выбора воинской службы не только достойная зарплата, содержание, выплаты, но и главное – желание защитить свой дом, Родину от врага. Кто, если не мы, остановит неонацистов?  И мы точно знаем: враг будет разбит, победа будет за нами! – уверен Максим Власов.

Калужанин Максим Власов получил медали «За отвагу» и «За мужество и самоотверженность»

По материалам газеты "Калужская неделя" 

Размещено: 03 сентября 2024
Изменено: 03 сентября 2024

– Алексей Владимирович, расскажите о своем решении отправиться в зону СВО. С чего всё началось?

– Началось все с указа президента России об объявлении мобилизации. На тот момент я уже три года был военным пенсионером, в 2019 году уволился в запас,  отслужив в Вооруженных силах Российской Федерации 21 год. Имея в анамнезе должность командира разведроты, ждал, что буду призван. Поэтому с сослуживцами заранее прошли подготовку по ведению боя в современных условиях, подтянули знания. Хотели с ребятами отправиться своим добровольческим подразделением, но по мобилизации меня призвали раньше, я попал в регулярную армию, а товарищи отправились в другое подразделение добровольцами.

–  Как семья отнеслась к вашему решению?

– Как могла отнестись к этому семья кадрового офицера? Должным образом. Все понимали, что чаша сия меня не минует, поэтому были готовы и поддержали. Мы всегда на связи.

В каком подразделении выполняли боевые задачи?

– Поначалу были в Смоленске, там наш полк формировала академия ПВО. Потом, после слаживания, решением командования нас распределили по другим подразделениям.

Я попал под Старый Оскол, работали в направлении Харькова. Занимался с подрядчиками, как командир роты готовил позиции. Затем нас перекинули под Новочеркасск в Персияновку, а дальше попал в 6-ю гвардейскую мотострелковую бригаду в ЛНР, потом в 123-ю. В общем, прошелся практически по всей линии фронта. В феврале мы находились на острие атаки и я был ранен. Попал в госпиталь.

– В последнее время всё больше информации о том, что наши подразделения двигаются вперёд. Какое настроение среди военнослужащих РФ?

– Настроение боевое. Все хотят быстрее завершить это дело, понимая, что победу нужно приближать как можно скорее. Есть и моральная усталость, и физическая, что уж тут говорить. Да и враг порядком в своей бестолковой упертости надоел. Поэтому на передовой парни выкладываются по полной, каждый понимает, что его маленькое дело – это вклад в большую общую работу. Ныть, волноваться и переживать некогда. Идем только вперед.

– Какую оценку можете дать врагу?

– Враг готовился основательно. Их укрепления есть на картах уже с 2020 года. Это разветвленная сеть траншей, блиндажи и окопы. Работают они по нам жестко. Ситуация постоянно контролируется с воздуха. Их «глаза» всегда в небе. И если кто чуть проявился, туда сразу летит мощным потоком и артиллерия, и минометы, и АГС, а если расстояние небольшое, то и стрелкотня работает в нашу сторону. На позициях они не спят.

– Что запомнилось на передовой больше всего?

– Коты. Их на передовой много. К нам прибилась как-то кошка. Назвал ее Масей, в честь дочки Маши. Маська ловила нам мышей в блиндаже, большая помощница в этом деле. Бесстрашная. Коты вообще безбашенные, от слова совсем. Войну не воспринимают как угрозу. Осколки пытаются лапами ловить. Приходилось под миномётным  обстрелом их в блиндаж загонять, чтоб осколками не побило и разрывами не порвало. Или ловить – и в обнимку в укрытие. Зверей жалко. Себя так не жалели, как котов.

– Вы говорите, что всегда на связи с семьей, с Калугой. Насколько там, на передовой, важна поддержка тыла?

– Она очень важна. Идет большой поток помощи. Мы столько приняли и принимаем, не передать. И не только обмундирование и питание, но и  генераторы, пилы. Друзья-калужане передали мотоцикл, очень меня выручал на передке. Его и спрятать в случае чего можно быстро, и он маневренный. Несколько раз удавалось быстро доставить раненых до медиков. Наш мотик спас немало жизней, спасибо калужанам за поддержку.

Ну и, конечно, земной поклон ростовским волонтерам. Когда поступил в госпиталь после ранения, там прям в холле ребята стояли, раздавали белье, вещи, мобильники, продукты, костыли. Кормят ребят, кто сам не может. Они и днем, и ночью работают. Это адский труд. Это такие же воины, как и те, кто на передовой.

– Что, на ваш взгляд, нужно предпринять, чтобы история с возрождением нацизма не повторилась?

– Может это прозвучит кровожадно, но остановит врага только мощный удар, причем бить надо по Североамериканскому континенту и бритам, да так, чтобы их в развитии отбросило лет на 100 назад, чтобы занимались своими проблемами и не стравливали народы. Ну и внутренняя чистка на Украине нужна. В лучших традициях Древней Руси. Утрируя, скажу: «на кол сажать» за тот геноцид, что они сотворили с русским населением в Одессе; за то, как они прикрываются мирным населением, стреляя из пушек, установленных во дворах многоэтажек, надо выжигать напалмом. Беседой и перевоспитанием нацизм не купировать. Как говорят наши бойцы, только полное уничтожение врага приблизит нас к увольнению в запас.

Ну и, безусловно, важна работа с молодежью внутри страны. Подростки, дети у нас в России должны понимать, что происходит. У меня пятеро детей, они понимают, потому что испытали это на себе. Средняя дочь по окончании школы хочет стать военнослужащей. Сейчас, к счастью, не Великая Отечественная война, когда не было семьи такой, где бы не было своего героя. Но в школах, спортивных организациях, да и в детских садах должны знать, кто сейчас стоит на передовой и за что. Нацизм поднял на Украине голову, потому что там предали память предков.

– После восстановления вернетесь на передовую или на гражданскую службу?

– Я человек военный. Пока не поступит приказа о демобилизации, если военная врачебная комиссия признает меня годным к службе, естественно, вернусь в строй. Если нет, буду помогать парням каким-то другим образом. Пока же отправляюсь в санаторий.

По материалам газеты "Калужская неделя" 

Размещено: 04 сентября 2024
Изменено: 04 сентября 2024

Гражданин Узбекистана  Шухрат А. с позывным Шах уже два года служит в зоне спецоперации

С первых дней начала СВО он помогал волонтерам: и в погрузке, и в приобретении необходимой техники и вещей. Мужчина – успешный предприниматель, говорит, что не мог оставаться в  стороне, поскольку оба его деда – ветераны Великой Отечественной войны. С малых лет его воспитывали в уважении к нашей общей истории и гордости за Победу.

Шухрат родился и вырос в городе Сырдарье, под Ташкентом. 10 лет назад приехал в Калугу на заработки, сначала работал на стройке, потом на транспорте, потихоньку смог собрать стартовый капитал и занялся бизнесом. Встретил девушку, супруга Шухрата – коренная калужанка, они поженились, родились дети. Шах принял решение, что отныне его дом на Калужской земле, и подал документы на получение вида на жительство. Потихоньку развивал бизнес. И тут началась специальная военная операция.

– С первых дней я понял, что хочу помогать нашим парням. Присоединился к волонтерской группе «Братья». Но мне показалось этого недостаточно. Я здоровый, молодой мужчина, решил, что не могу сидеть дома, когда на передовую идут мои друзья. У меня дед дошел до Берлина, я всегда им гордился. Позвонил отцу, посоветовался, папа сказал, что будет очень гордиться мной, если я отправлюсь на передовую. Поскольку пока у меня нет российского гражданства, в 2022 году отправился добровольцем к «Вагнерам». Контракт подписали, ведь я имею армейский опыт, в Узбекистане проходил срочную службу.

Шухрат вместе со своим подразделением участвовал в зачистке «Азовстали», в освобождении Попасной и Бахмута, в пресловутой «бахмутской мясорубке», за что имеет ведомственные награды.

– Про батальон «Азов» (запрещен в России) многие говорят, что там отбитые бандеровцы-западенцы. Так и есть. Они нацисты, с ног до головы раскрашенные символикой третьего рейха и своего кумира Гитлера.  Но в «Азовстали» были не только они. Там было очень много турецких, польских и американских наемников. У этих вера и религия одна – деньги. Кстати, пленные наемники потом признавались, что финансирует их турецкий бизнес, зарплату получали оттуда. Сейчас вспоминаю и катакомбы «Азовстали», и Бахмут, все уже не так тяжело воспринимается, а тогда, конечно, было нелегко и страшно. Не боятся только безумцы. И товарищей терять больно, а там, как вы знаете, потерь было немало. И в целом ведение боя очень отличается от того, чему нас когда-то учили в армии. Честно скажу, для меня лучше прямой штурмовой контакт, когда все ясно и понятно. Нынешняя война – это война дронов, прилететь может в любой момент из-за спины. Это ведь не мультики и не монтаж, когда ролики в соцсетях появляются, рассказывающие, как дрон «гоняется» за человеком и даже в блиндаж за ним залетает. Это реальность. «Птички» реагируют на тепло, на движение. Мне повезло, за все время считай ни царапины. Наверное, выжить помогли вера, молитва близких, жены и родителей. Бог в той мясорубке сберег, значит, я еще здесь нужен.

Трагические события июня 2023 года, за которым последовало расформирование «Вагнера», Шах встретил «за ленточкой».

– Не хочу никого осуждать, тем более погибших командиров. Но мы тогда были в сильнейшем шоке. Те, кто имеет немалый боевой опыт, а в нашем подразделении таких было большинство, понимали, что дни ЧВК после этого сочтены. Было больно. После расформирования я вернулся домой, в Калугу, но не смог долго сидеть сложа руки.  Как только появилась возможность подписал контракт с одним из подразделений, подведомственных силовым структурам, и снова отправился на передовую.

Сейчас Шах служит командиром подразделения контрразведки. Говорит, работа непростая, особенно в психологическом плане.

– Я родился в Советском Союзе, юность моя прошла уже в независимом Узбекистане. Как профессионал, как глава семьи я сформировался в России. Для меня Родина, отчий дом, честь, как бы вам это ни показалось пафосно, не просто слова. А мне по долгу службы уже несколько раз довелось выявлять и передавать в руки спецслужб предателей. Их немного, но попадаются. Идут служить по контракту, а на деле украинские лазутчики – портят технику, выводят из строя вооружение, сливают данные врагу. С такими разговор один – пойман и отправлен по назначению. Спрашивать у них, как же так можно, это же твоя Родина, у тебя здесь родители живут, дети, – бесполезно. Им пообещали тридцать сребреников, и они пошли. Но вот смотрю на таких и понимаю, что это обиженные жизнью люди, у них что-то не сложилось, и они пытаются таким образом «отомстить» тем, у кого лучше.

То же самое Шах рассказывает и про членов ДРГ, которые пытались пролезть в Белгородскую область.

– Мы, помню, их зачистили тогда, собираем документы, а там часть – российские паспорта. Думаю, как так, какие же вы русские?! Вы власовцы, предатели! Настоящий русский, кем бы он ни был по крови (на фронте с нашей стороны все себя русскими считают, и узбеки, и чеченцы, и буряты), память отцов и дедов не предаст. А у нас в крови заложено, что нацисты, пытавшиеся уничтожить наш народ, – зло, которое должно быть искоренено.

Не могли мы не поговорить и о том, какие у бойца впечатления от тех, кого они встречали на освобожденных территориях.

– Там разные люди. Когда Бахмут освобождали, наш командир несколько машин пригнал, и были их машины – в сторону Украины и Запада. Так вот, скажу, их машины были полные. Они до сих пор верят в легенду о сказочной и бесплатной жизни в Евросоюзе.  Радует, что в нашу сторону отправились адекватные люди, с мозгом, не замутненным укропропагандой. Но ждуны на освобожденных территориях есть. Многие думают наперед, как с такими дальше жить. Я считаю, не мы должны об этом размышлять, а они должны  запомнить, что Россия пришла навсегда, у нас свои законы, у нас память предков чтут и Родину на евро не меняют.

Когда мы беседовали, Шухрат находился в отпуске, командир отпустил его домой продлить вид на жительство и решать вопрос с гражданством.

– Не знаю, как получится, главное, жену и ребенка повидал, соскучился. Сейчас не успею, значит, когда победим, тогда все и завершу. Для меня главное – быть нужным моей стране. Знать, что мной гордятся мои дети и родители. Мать и отец рассказывают, что на малой родине, в Сырдарье, их очень уважают за мое решение служить в зоне СВО. Я делаю, что считаю должным. И да, победа будет за нами!

По материалам газеты "Калужская неделя" 

Размещено: 09 сентября 2024
Изменено: 09 сентября 2024

Механик-водитель танка Т-80 Иван Кукин рассказал, каково это – быть танкистом на передовой – защищать Родину и обеспечивать безопасность своих товарищей, сидя за штурвалом тяжелой бронемашины. 

Он не имел боевого опыта, даже в армии не служил, но смело вступил в ряды добровольцев. Иван получил тяжелое пулевое ранение, пережил клиническую смерть, потерял ногу. Но не пал духом. Вернувшись с фронта, не только продолжает служить своей стране, но и активно участвует в соревнованиях по волейболу. За мужество и отвагу награжден орденом Суворова. 

Иван Кукин родом из Калужской области. Окончил профессиональный лицей по специальности «механик-техник». Работал в строительной сфере. Мирная жизнь, размеренная работа… Но душа солдата спала неглубоко. Услышал зов Родины и встал в строй, чтобы защитить честь и достоинство нашего народа, нашей страны.

ГОТОВ КО ВСЕМУ

– Летом 2022 года, когда появилась возможность подписать контракт, я без колебаний вступил в ряды защитников Отечества. Конечно, родные переживали, но они с гордостью меня поддержали. 

Меня назначили механиком-водителем танка Т-80. Первым этапом стала начальная подготовка в Санкт-Петербурге. Здесь я познакомился с бронированной машиной: изучали узлы и агрегаты, механизмы управления, принцип работы двигателя и трансмиссии. Теория плавно перетекла в практику: учились запускать двигатель, правильно переключать передачи, маневрировать, чувствовать габариты машины. Глаза постепенно запоминали каждый рычаг, каждую кнопку. 

Следующим пунктом стал Нижний Новгород, автопарк учебного полигона. Там нас обучали всему – от обслуживания танка до тактики боевых действий. Я быстро втянулся. К моменту прибытия на передовую был готов ко всему, хотя понимал, что практика на полигоне и реальный бой – это совершенно разные вещи.

«НЕ ДАВАЛИ ВРАГУ ПОДНЯТЬ ГОЛОВЫ»

– Наша позиция располагалась в лесополосе под Кисловкой. Обстрелы, свист пуль, разрывы снарядов... Адреналин, конечно, бил ключом. 

Главная задача танкистов – обеспечить прикрытие пехоты. Пока штурмовики заходили на позиции, мы не давали врагу поднять головы. Под защитой стальной брони танка им работать гораздо безопаснее. Экипаж – сплоченная команда из трех человек: командир, ответственный за общую координацию действий и принятие решений, опытный наводчик оператор, метко поражающий цели из орудия и пулемета, и я – механик-водитель. Моей задачей было умело управлять многотонной боевой машиной, обеспечивая точность и эффективность перемещений. 

Самое тяжелое, что пришлось пережить, – потеря боевых товарищей. На службе формируется особое братство, прочная связь между людьми, которые прошли вместе через огонь. Здесь ты понимаешь, что такое настоящая дружба, настоящая поддержка. Никогда не бросишь товарища, даже если сам ранен. Свои никогда не останутся без помощи. Последний кусок хлеба, последняя капля воды – всё это будет разделено поровну. 

Вместе с грохотом взрывов и стрельбой нашлось место и для трогательных моментов. Мы получали детские письма. Я бережно хранил их в кармане как талисман, как напоминание о том, ради чего мы сражаемся. Они согревали душу, давали силы идти дальше.

СНОВА В СТРОЮ

 – На фронте я получил серьезное пулевое ранение в артерию ноги. Братья перетянули жгут, держали меня, пока не приехала помощь. Они спасли мне жизнь. 

Потеря крови. Клиническая смерть. Москва. Госпиталь... Я лежал, ощущая, как медленно, но верно возвращается жизнь. Я знал, куда и зачем шел, и понимал, что цена может быть высокой. Однако сдаваться не в моих правилах. Я всегда был целеустремленным, всегда шел к своей цели, несмотря ни на что. И эта цель – служение Родине – осталась неизменной. 

Я встал на протез и снова в строю. Продолжаю служить в Вооружённых силах РФ, участвую в соревнованиях Кубка защитников Отечества по волейболу сидя. Мой личный девиз прост: «Русскому солдату ничто не страшно!»

По материалам газеты  "Калужская неделя" № 33 от 21 августа 2025 года

Размещено: 21 августа 2025
Изменено: 29 октября 2025

Штурмовик Евгений Крохмалюк с позывным «Мурони» рассказал о быте на фронте, боевых буднях, крепком духе товарищества и участии в программе «Герои земли Калужской»

Евгений окончил КГУ им. К. Э. Циолковского по специальности «организация работы с молодёжью». Начал свою карьеру в качестве руководителя бригады по лесозаготовке. Евгений не имел боевого опыта и не служил в армии, однако, когда прозвучал зов Родины, не смог остаться в стороне. Воодушевленный подвигами своего деда, ветерана Великой Отечественной войны, вступил в ряды добровольцев. В ходе боевого задания получил тяжелое ранение, прошел реабилитацию и нашел себя в новой жизни: стал предпринимателем, активно занимается спортом, участвует в общественных и образовательных программах. Награжден медалью за участие в СВО и медалью Суворова.

БОЕВЫЕ БУДНИ 

– Когда началась специальная военная операция, я задался вопросами о причинах этого конфликта. Это ведь самый настоящий нацизм, мы снова должны встать на защиту Родины. Мой дед, ветеран Великой Отечественной войны, боролся с этим злом. Понимаете, наш народ вновь оказался перед выбором: защищать свою землю или молчать и ждать, пока беда придет сама. Для меня выбор был очевиден. Так я стал добровольцем. 

В июне прошлого года подписал контракт. Конечно же, родные переживали, да и кто бы не волновался, отправляя родного человека на фронт? Но в итоге поддержали меня. Я чувствовал, что это мой долг, и моральная поддержка родных придавала мне сил. 

Нас отправили в Воронеж, где мы несколько дней проходили начальную подготовку, затем перераспределили в Луганскую Народную Республику. Там учеба проходила уже в штурмовом отряде. Мы отрабатывали командную работу и взаимодействие в боевых условиях. 

Возможность помыться становилась настоящим счастьем. Иногда удавалось заполучить две полторашки воды. Один раз нас отправляли в баню, что было настоящим блаженством. 

Я чувствовал, что готов к бою. Однако, несмотря на физическую готовность, полностью к службе на передовой подготовиться невозможно. Условия были тяжелыми: жара достигала 35 градусов, экипировка весом под 50 кг – я потерял 10 кг веса во время тренировок. Жили в лесу, в полевом лагере – это были земляные палатки и блиндажи, спали на досках с туристическими пенками. 

Да, не скрою, трудно, больно, страшно было порой, но разве можно иначе поступить, если чувствуешь ответственность за судьбу своей Родины. 

СКВОЗЬ СВИСТ ПУЛЬ 

– Перед нами стояли две боевые задачи. Первая – захватить опорные пункты. Во время первого наката должны были взять под контроль точки на кладбище. Завязался бой – враг встретил нас огнем. Поняли, что силы неравны, пришлось отступить, переждать атаку и перегруппироваться. Меня тогда слегка оглушило взрывом, но я не позволил себе расслабиться – работал разведчиком, встречая другие группы и передавая информацию о ситуации на передовой. Помогал своим товарищам, оказывал медицинскую помощь. 

Когда пришло время второго наката, мы двинулись к укрепленным позициям врага, намереваясь выбить его из окопов. Едва приблизились к цели – противник открыл минометный обстрел. Сквозь свист пуль и грохот разрывов я стремглав помчался вперед, прикрываясь редкими деревьями лесополосы. Тут прямо надо мной появился вражеский беспилотник. Я начал вести по нему огонь, надеясь сбить, однако он сбросил на меня взрывное устройство. К счастью, у него не оказалось второго заряда, чтобы доработать по мне. Я получил два ранения в ноги – сквозное и слепое. Самостоятельно всю ночь выбирался к группе эвакуации. Меня положили в госпиталь. После восстановления вернулся обратно в расположение, где формировалась новая группа. 

Вторую задачу выполняли ночью, задание – незаметно проникнуть в тыл врага. Пробирались полями и разбитыми лесополками. Все началось быстро и решительно, боевая группа тихо двинулась по полю. Буквально через десяток шагов я подорвался на мине. Вспышка перед глазами, все зазвенело… не понимал, что происходит. Поднялся, сделал шаг и упал. Попытался встать снова – все повторилось. Понял, что дело плохо – часть ноги была оторвана. Напарник пришел на помощь. Вражеские беспилотники кружили над нами, но мы успели найти укрытие. 

Группа эвакуации пришла на следующую ночь. Казалось бы, самое страшное позади, но внезапно раздался мощный взрыв – боец подорвался на мине. Я слетел с носилок и на одной ноге допрыгал до укрытия. Думали, что потеряли еще одного товарища... Как оказалось, он выжил, не на мину наступил – это был сбросник. Я вдобавок получил осколочные ранения головы, области позвоночника и лопаток. К великому счастью, ни один осколок не оказался смертельным, как для меня, так и для бойцов группы эвакуации. 

После ранения лежал в госпитале в Москве. Лечение, операции, протезирование… 

Пока не вступишь на поле боя, не поймешь полноты картины и то, как важно ценить обычную жизнь, природу, да вообще все вокруг. 

ОТКРЫЛ СВОЁ ДЕЛО

 – После ранения жизнь не заканчивается. Я начал перестраиваться, даже в госпитале обучался новому. Решил открыть собственное дело. Участвую в программе «Герои земли Калужской», в проекте «СВОй бизнес», в программе «Наставник». 

Выбрал кадровый аутсорсинг – помогаю людям находить рабочие места. Теперь я генеральный директор филиала франшизы «ПерсоналБеру» в Калуге. 

И спорт, конечно, помогает адаптироваться, особенно командные виды. Ведь это общение, поддержка. В настольном теннисе и волейболе занимал первые места на областном уровне, участвовал в межрегиональных и всероссийских соревнованиях. 

Я смотрю только вперед. Планирую создать семью, работать на благо региона, заниматься кадровой политикой, открыть международный молодежный кадровый центр, чтобы привлекать абитуриентов из других стран. Создавать для них благоприятные условия, мотивирующие их остаться в нашей стране. Думаю, это только начало!

По материалам газеты  "Калужская неделя" № 42 от 23 октября 2025 года

Размещено: 29 октября 2025
Изменено: 29 октября 2025

«Я знал, что Родина нуждается во мне. И я откликнулся», – сказал ветеран специальной военной операции Вячеслав Матвеев

Ему 44 года, родом он из Татарстана. В Калугу приехал в 2019 году на пару недель, к знакомому, и остался. Здесь Вячеслав познакомился с будущей женой, здесь родился сын. И защищать Родину в зону СВО он отправился из нашего города.

«Распишемся, а потом иди»

Вячеслав пошел служить добровольцем. До начала СВО у него был бизнес, он его оставил.

– Думаю, каждый уважающий себя мужчина должен сделать выбор – остаться дома или защищать интересы своей страны. Меня всегда эта тема интересовала, и до 2022 года. Жена видела: я нет-нет да и куплю берцы, форму… Говорила: «Боишься, что без тебя победу одержат?» Я говорил: «Да, боюсь».

Она мне условие поставила: давай распишемся, а потом иди. Я согласился. Так и вышло: 21 октября 2022 года мы расписались, а 22 октября я уехал. Она меня подкалывала: типа меньше суток замужем была.

По контракту в зоне СВО Вячеслав побывал дважды. Участвовал в освобождении Соледара, Бахмута, служил артиллеристом.

– Работал на реактивных системах залпового огня – на «Граде», «Урагане». Сначала был наводчиком, потом стал командиром боевой машины. Во время второго контракта тоже в артиллерии был, но уже на миномете 120-м.

Первый обстрел

Одно из ярких воспоминаний фронтового периода – первый обстрел.

– Нас только привезли за Попасную. В метрах стапятидесяти от нас вдруг взорвалось. Страха поначалу не было – просто не понимал, что это такое. Командир меня за шкирку в окоп утащил. И начало уже по нам прилетать – землей засыпало, шли волны горячего воздуха. И тогда только осознавать начал, что меня сейчас хотят убить! Такая была первая эмоция боевых действий.

Во фронтовых условиях как никогда ощущаешь преемственность поколений. Бойцы чувствуют себя наследниками дедов, которые когда-то сражались на тех же рубежах.

– В пример нам ставили многих героев Великой Отечественной войны. Мы сами понимаем, что, возможно, и о нас так же будут помнить наши дети и внуки. Там очень чувствуется эта связь. Горнило войны для всех одинаково: когда-то для наших дедов, сегодня – для нас.

Больше всего на фронте не хватает связи с близкими: бывает, что долгое время невозможно ни с кем связаться. Вячеслав говорит, что психологически это очень тяжело. А еще очень хочется просто выспаться.

– Когда войска идут в накат, ты постоянно занят боевой работой – ни одной свободной минуты. Ни поспать, ни умыться, ни побриться. Все как в полусне. Надеешься, что появится хоть один день, чтобы просто поспать. Но все равно найдется работа, которую нужно делать, чтобы облегчить себе службу.

Часто на фронте к военным прибиваются животные. В подразделении Вячеслава тоже был такой найденыш – пес. Как рассказывает со смехом мой собеседник, изначально собака была у противника, но потом выбрала светлую сторону.

– Выезжаем на боевую работу – он к нам в машину прыгает. Пока наводимся, бегает вокруг. Правда, проблем от него много было – сигнальные ракеты наши всегда срывал. Они вокруг позиции стояли, а он бегать начинает и все срывает. Когда на посту ночью стоишь, думаешь: собака есть, охранник. А он ляжет где-нибудь сзади и храпеть начинает.Ну что это за охранник!

Когда заканчивался первый контракт, Вячеслав Матвеев получил контузию.

– По нам начала арта работать, и нашу машину разбило. Слава Богу, никто не погиб. Меня с земли подобрали, а у меня голова квадратная – ничего не понимал, что происходит. Контузия не считалась за ранение – возвращались в строй.

И проще, и сложнее

По словам Вячеслава, со вторым контрактом было одновременно и проще, и сложнее. Проще, потому что уже есть опыт – знаешь, куда едешь. Психологически легче – знаешь, что к чему, что можно делать, а чего категорически нельзя. Но в этом же заключается и сложность. Трудно снова шагнуть во всё это. На втором контракте Вячеслав уже считался бывалым. Говорит, что там было много новобранцев, которым он старался передать наработанный опыт. Приходили совершенно разные люди, некоторые и в армии не служили, автомат в руках не держали. Приходилось учить их стрелять, вставлять магазин, производить сборку-разборку.

– Я с пониманием относился, когда-то тоже проходил через все это. Лучше лишний раз спросить, чем оказаться в ситуации, когда спросить будет уже не у кого.

Трудно приходилось и с теми, кто в силу возраста считал себя априори опытным человеком.

– Объяснял, что всегда надо слушаться командира. Это очень важно. Взрослому человеку сложно перестроиться, он думает, что он взрослее, поэтому более опытен. На самом деле не так.

Пересвет как символ

В бою тяжело, но привыкать к гражданке после боевой работы тоже нелегко. Вячеслав вспоминает, как адаптировался к мирной жизни после первого контракта.

– Когда я приехал после интенсивных боев за Бахмут, мне казалось: здесь такой размеренный образ жизни. Не по себе было, как будто в другой мир попал. Там все бегаешь, прыгаешь, смотришь наверх, направо, налево, ждешь команду какую-нибудь. А здесь все тихо, спокойно. Наверное, месяца два я  привыкал.

После возвращения со второго контракта Вячеслав познакомился с другими ветеранами СВО. Они создали АНО «Пересвет». Организация занимается культурным и патриотическим воспитанием молодежи и оказывает помощь тем, кто в ней нуждается. Название выбрали не случайно. Пересвет – герой битвы на Куликовом поле, символ и монашеского, духовного служения, и воинского.

Ребята, например, помогают Казанскому девичьему монастырю, Свято-Успенскому Ферапонтову монастырю в Боровенске. Вячеслав говорит, что благодаря этой деятельности было психологически легче снова интегрироваться в общество.

– Уроки мужества проводим в школах, в университетах, в учебных заведениях. В интервью я как-то сказал: если не мы этим займемся, то займутся люди с голой вечеринки, будут детям мозги промывать. Мы хотим, чтобы хоть один процент молодежи попытался мыслить как мы.

Самое интересное – разговаривать с детьми 6–7-х классов. Они более активные. Младшие дети еще многого не понимают, более взрослые – зажатые и стеснительные, к ним нужен особый подход. Поначалу сидят, молчат, как будто не присутствуют, а потом начинают включаться.

Всегда спрашивают, было ли страшно. Знаю, что этот вопрос в любом случае зададут. Интересуются, как на передовой готовим пищу, стираем, видели ли врага вживую.

О том, чтобы вернуться в бизнес, Вячеслав уже не думает, говорит, что, во-первых, входить заново в эту сферу сложно, а во-вторых, боевая работа сильно изменила образ мыслей. Он хотел бы сосредоточиться именно на деятельности, которую ведет АНО «Пересвет».

– В нее я погружен 24 на 7, – отмечает Вячеслав. – На встречах с молодежью я всегда говорю: до 2022 года я тоже думал, что никогда не буду участвовать в боевых действиях. А жизнь сложилась так, что пришлось. Я знал, что Родина нуждается во мне. И я откликнулся. Прихожу к студентам на занятия, они спрашивают: как вы туда попали? Я говорю: тоже 20 лет назад сидел, как вы, в аудитории и предположить не мог, что так сложится жизнь. Всегда нужно быть готовым. Даже если не придется воевать, вы должны быть готовы к этому в любой момент.

По материалам газеты "Калужская неделя" 

Размещено: 30 июня 2026
Изменено: 30 июня 2026